Браслет з резинок схемы

Браслет з резинок схемы
Браслет з резинок схемы
Браслет з резинок схемы

Время публикации: 18.12.2017 00:44 | Последнее обновление: 26.12.2017 13:17

Аудио: 

Запись прямого эфира: 17.12.2017, 21-20
Длительность: 1 час

Е.СУРОВ: Кирсан Николаевич, добрый день! Вы уже в эфире, здравствуйте!

К.ИЛЮМЖИНОВ: Добрый день, добрый день! Откуда звоните? Вы далеко?

Е.СУРОВ: А это смотря, где вы находитесь.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да, тоже хороший вопрос. Я прилетел из Кабула. Недавно принял кабульскую делегацию, а сейчас была израильская делегация – только что от меня ушёл секретарь израильской шахматной федерации Гиль Боруховский.

Е.СУРОВ: Ну, вы – человек мира, поэтому можно сказать, что от вас нельзя быть далеко.

К.ИЛЮМЖИНОВ: "Мира" – это вы хорошо сказали. Сейчас как раз с Гилем обсуждали вопрос о проведении матча между детьми Израиля и Палестины. Уже даже спонсор есть. Я же несколько недель назад был в Израиле, встречался с руководством шахматной федерации страны, рассказывал о своей программе, о своих планах. Вы знаете, что с 2010 года я финансирую программу "Шахматы в школе". И мы во многих школах уже ввели шахматы и как факультатив, и как обязательную программу. И как раз сейчас мы договаривались с шахматной федерацией Израиля и с представителями их министерства образования и некоторыми муниципалитетами по продлению этой программы. Тогда-то и родилась идея провести матч между детьми Израиля и Палестины. И когда я приехал в Москву, встретился здесь с Майклом Штраусом – это израильский миллиардер, который, кстати, построил в России завод по производству кофе "Чёрная карта". Он вообще один из крупнейших поставщиков кофе по всему миру, в Израиле у него свои кафе и рестораны. И он каждый год проводит музыкальные фестивали на границе Израиля и Палестины. А мы договорились, что он выступит спонсором по проведению этого шахматного матча мира. Вот он как раз был у меня дома, и мы в кабинете обсуждали, когда это лучше провести – в январе или в феврале. А тут как раз вы звоните!

А перед этим я был в Афганистане, буквально два дня назад. И там раздавал детям шахматы под лозунгом "Шахматы – вместо Калашникова". Я попросил тысячу комплектов шахмат раздать детям талибов, чтобы они играли в шахматы, а не воевали и не проводили теракты.

Е.СУРОВ: Кирсан Николаевич, вы знаете, у меня к вам давно возник такой вопрос. Хороший лозунг "Шахматы – вместо Калашникова". Но ведь уже почти четыре года идёт война между Россией и Украиной. Вот здесь бы нам, поближе, такой лозунг применить. Что уж там Афганистан? Я понимаю, конечно, но нам бы тоже шахматы вместо Калашникова не помешали.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Вы знаете, что я был несколько раз на Украине. Я, наверное, единственный российский общественный деятель, который посещал Киев, был в администрации президента, в парламенте – Верховной Раде, встречался с мэром Киева Виталием Кличко. Мы начали и там внедрять программу "Шахматы в школе" и открыли шахматный павильон в парке Тараса Шевченко. Я был несколько раз во Львове, встречался с мэром. Даже с Петром Алексеевичем Порошенко обменялись сувенирами. Я, кстати, ему подарил калмыцкие шахматы – фотографии есть везде в интернете. И мы даже провели в позапрошлом году чемпионат мира по шахматам среди женщин во Львове. То есть мой лозунг "Шахматы – вместо Калашникова" применяется везде.

А три недели назад я был в Южной Корее, встречался с бывшим президентом Ли Мён Баком, выступил на встрече с представителями шахматной федерации Южной Кореи. Они даже обратились ко мне с письменной просьбой, чтобы я поехал в Северную Корею, приложил максимум усилий и договорился, чтобы сто северокорейских детишек-шахматистов привезли в феврале 2018 года на международный турнир, который пройдёт в Пхёнчхане, где Зимние олимпийские игры в февраля состоятся. Я встречался по этому поводу с членами правительства Южной Кореи, они гарантируют безопасность детям, предоставляют проживание, оплачивают им поездку… Так что скоро полечу в Северную Корею передать предложение южнокорейской шахматной федерации, чтобы дети приехали и сыграли в шахматы в Олимпийской деревне. Так что я вот таким образом распространяю шахматы.

Е.СУРОВ: А совсем красиво было бы, если бы вы с этим лозунгом выступили на открытии памятнику Михаилу Калашникову в Москве. Представляете?!

К.ИЛЮМЖИНОВ: Кстати, буквально вчера я встречался с руководством шахматной федерации Ижевска. Они приезжали ко мне и передали приглашение – у них то ли в январе, то ли в феврале в Ижевске будет какое-то мероприятие. Так они просили, чтобы я провёл там шахматный турнир. Вы в тему задали вопрос, так что я буду в Ижевске на заводе Калашникова проводить шахматный турнир, привезу и туда шахматы вместо автомата.

Кстати, когда я несколько дней назад выступал в Кабуле – и по телевидению, и на встрече с журналистами – и говорил, что сейчас раздам шахматы талибам вместо автомата Калашникова, то это воспринялось там прямо на "ура". Да, в Кабуле шахматный клуб расположен в самом центре города.

Так что такая идея есть, и мы будем её проводить в жизнь и раздавать шахматы вместо "Калашниковых".

С другой стороны, Женя, меня могут покритиковать, что в этом случае они будут меньше выпускать автоматов и ещё потеряют работу.

Е.СУРОВ: Вас обвинят в предательстве родины и скажут, что вы – иностранный агент!

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да нет, тут дело не в предательстве родины, тут коммерческий интерес. Одни продают колбасу, другие оружие, каждый зарабатывает, чем может. Там же тоже люди работают. А чем больше они продают, тем больше прибыли, тем выше зарплата. А тут пришёл какой-то со своими шахматами вместо Калашникова…  Но я пацифист-буддист, поэтому у меня вот такой лозунг. Лучше плохой мир, чем хорошая война.

Е.СУРОВ: Это правда. Но вы знаете, я, честно говоря, поражён всем тем, о чём вы рассказываете. Потому что, казалось бы, судя по тем громким шахматно-политическим новостям, которые приходят в последние дни, вам сейчас должно бы быть не до таких переговоров. Вы должны как-то быть сконцентрированы на других вещах. А как же вы успеваете всё это?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да не поверите, только вчера до двух ночи встречал делегацию из Судана. Я просто месяц назад был в Судане, и сейчас туда едет и моя делегация, и если я успею до Нового года, тоже приеду. Я просто даже не ожидал! Встретился там с министром образования - женщиной, - а она, оказывается,  раньше была чемпионкой школы по шахматам и со своими одноклассниками ездила в соседние провинции. Так что зёрна упали на благодатную почву, и сегодня приезжал представитель посольства Судана с благодарственным письмом от министра образования. Оказывается, она ввела во многих школах и продолжает внедрять шахматы, пока на факультативной основе. И они ждут меня, чтобы мы там открыли шахматную Академию.

Также сейчас договариваюсь с нашими российскими тренерами, чтобы они поехали туда и тренировали начинающих шахматистов. Вы знаете, что я уже посылал Николая Чадаева, два месяца назад он ездил по моей просьбе в Ботсвану, и мой фонд оплачивал ему эту поездку. Он месяц тренировал детскую национальную сборную Ботсваны, потом ездил в Анголу, сейчас собираемся отправить его в Камбоджу. Я развернул программу со своим фондом и отправляю тренеров в такие места и регионы, где шахматы только-только начинают развиваться.

Мой день сегодня так и прошёл: половина – в бизнесе, а половина – встречи с делегациями. Из Судана у меня были, из Казахстана, из Израиля. Сейчас вот из Соединённых Штатов Америки прилетели спортсмены и хотят встретиться, через час-полтора буду ещё и с ними встречаться. Пока пусть устраиваются в гостинице, а потом подъедут ко мне.

Е.СУРОВ: Слушайте, у вас вся жизнь проходит в переговорах! Вам не надоело существовать в таком режиме?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Понимаете, мы живём слишком мало. Сколько нам там судьбой дано? 50, 60, 70, 100 лет? А если учесть, что в сутках 24 часа, из них восемь, как нам рекомендуют, мы спим – то есть треть жизни уходит на сон. Ещё тратим время на дорогу, на еду, на что-то ещё. И остаётся в сутках 6-7 часов нам работать. Ну, а я работаю 20 часов. Когда в институте начал изучать японский язык, сидел до двух-трёх ночи, изучал эти иероглифы, потом в семь-восемь утра уже вставал. Так что в таком режиме – 20 часов в работе - я и живу. Когда был президентом Калмыкии, у меня даже не было ни одного выходного дня. Я 18 лет проработал в этой должности и когда ушёл, бухгалтер мне принесла деньги. Я спрашиваю: что это? А это отпускные за 18 лет. То есть я ни разу не был в отпуске за 18 лет. И ни разу – постучу по столу! – за это время не был на больничном. Я не мазохист какой-то или трудоголик, так не могу себя назвать. Но интересно всё время что-то делать. Все эти переговоры, куда-то летаешь, открываешь что-то новое, посещаешь десятки стран – я только в этом ноябре посетил 10 или 12 стран: Судан, Южная Корея, Израиль, Лондон, Хельсинки, Андорра, Монголия, Тунис… Интересно же! Новые люди, новые впечатления.

Е.СУРОВ: Кирсан Николаевич, а что всё-таки сейчас происходит во всей этой предвыборной ситуации? Я, откровенно говоря, запутался и сейчас уже не понимаю, кто хочет избираться, кто не хочет, кто кого хочет подставить, и так далее. Вы можете пояснить, как вы это видите на данный момент?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Для меня ситуация простая. Может быть, кто-то интригует, кто-то хочет на этом погреть руки, заработать, но для меня принцип один: по Уставу раз в четыре года проходят выборы. Меня 11 августа 2014 года избрали. 110 стран проголосовали за меня,  60 – за Гарри Кимовича Каспарова, тринадцатого чемпиона мира. Следующие выборы состоятся в конце сентября 2018 года. Регистрация на выдвижение своей кандидатуры – в июне. А так как вокруг меня некоторые чиновники ФИДЕ стали плести интриги – просили, чтобы я написал заявление по собственному желанию, хотя я говорил, что есть Генеральная Ассамблея, где избирается президент на четыре года. Если он находится в тюрьме или психически нездоров, и это признано медицинской комиссией, тогда он не может избираться. Или в случае смерти. А так как я нормальный, работаю, здоровья у меня много, возможностей тоже, мне работать до выборов ещё почти целый год… Я много езжу по странам, и моя главная задача – это пропаганда и развитие шахмат. Вы же видите, я нигде не политизирую шахматы, мне нет разницы – что Афганистан, что Южная Корея. Хотя мне не рекомендовали ехать в Афганистан, говорили, что там опасно, там взрывают. И действительно мы жили в гостинице, где рядом, буквально месяц назад, взорвали бомбу, больше шестидесяти человек погибло. Но я езжу и пропагандирую шахматы, поскольку доверие мне оказано и до сентября я являюсь президентом ФИДЕ.

С другой стороны, у меня программа «One billion people playing chess» – «Один миллиард играющих в шахматы». И я поставил себе задачу – до 2020 года увеличить количество играющих в шахматы людей на планете до одного миллиарда.

Е.СУРОВ: Это мы знаем.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Потом несколько программ, которые я финансирую и за счёт своих источников, и друзья помогают, инвесторы. Это вот программа "Шахматы в школе". Кстати, 160 тысяч долларов, которые я перечислил Израилю на развитие этой программы – из моего личного фонда. И в Судане, в Тунисе, в той же Америке, и во многих других странах эта программа сейчас развивается. Другая программа, которую я начал активно внедрять, родилась в Молдавии совместно с гроссмейстером Виорелом Бологаном. Он тогда пришёл, я ему помог технически, финансово, и мы начали программу ещё шесть-семь лет назад "Шахматы в деревнях" – "Chess in villages". В 600 деревнях, маленьких населённых пунктах, в сельской местности мы открывали шахматные классы. Потом эту программу поддержал президент ЮАР Зума – он в деревне, в которой родился, открыл шахматную школу, Академию. Туда даже ездил Гарри Кимович Каспаров. И оттуда эта программа пошла в другие страны – в Замбию, Зимбабве, Нигерию. Много стран, где эта программа стала реализовываться – во Вьетнаме, в Коста-Рике.

Потом ведь шахматы – дешёвый вид спорта. Не нужно строить стадионы за миллиард евро, ледовые дворцы. В каждой деревне есть две-три комнаты, которые мы оборудуем шахматами, демонстрационными досками и начинаем развивать игру.

И третья программа, которую я уже начал осуществлять. Несколько недель назад был в Лондоне, посетил Уэльс, и там мы с местной шахматной федерацией, с местной общиной (церковь мне тоже помогла) открыли школу для детей, больных аутизмом. Я привёз 250 комплектов шахмат, шахматных часов. И сейчас такая же школа открывается в Лондоне, в Брюсселе в Бельгии и в других странах. В Южной Корее тоже поддержали идею. В Вашингтоне я зарегистрировал свой фонд – Kirsan fund – это благотворительный фонд, и там мы тоже начинаем работать с детьми, больными ДЦП и аутизмом.

Вот такие программы у меня есть, и я хочу осуществлять их развитие. Потом есть и другие направления, которые я хочу предложить делегатам Генеральной Ассамблеи ФИДЕ в сентябре в Батуми. Если они поддержат мою программу, я буду и дальше их осуществлять. Если не поддержат и проголосуют за другого кандидата – ну ничего, у меня остались фонды, и я буду продолжать осуществлять их уже за свой счёт.

Е.СУРОВ: Кирсан Николаевич, давайте всё-таки не будем делать вид, что эти товарищи, которые просят вас уйти, вдруг, ни с того, ни с сего вас попросили. Они это объясняют вполне практическими причинами, а именно: поскольку вы находитесь под санкциями Минфина США, то возникают проблемы финансовой деятельности ФИДЕ, если я правильно понимаю. То есть вот такое препятствие.
К.ИЛЮМЖИНОВ: Можно отвечу? Короткий вопрос – короткий ответ. Оно никак не мешает. Есть факты. 25 ноября 2015 года я был включён министерством финансов США в санкционный список. Я категорически с этим не согласен. Вы знаете, что я сейчас сужусь с ними, выясняю отношения и так далее. Кстати, сейчас представитель из США приехал, мы будем с ним беседовать. Ну ладно, это отдельная тема. Но как это мешает ФИДЕ? Мы объявили, что матч за звание чемпиона мира будет проходить в Нью-Йорке. По санкционному закону я не могу управлять компаниями, где моих акций свыше 50%. Кстати, мой фонд нормально работает там, поскольку у меня в нём акций меньше 50%. Но чтобы не было каких-то трудностей, я попросил собрать в декабре 2015 года внеочередное заседание президентского Совета и – обратите внимание! – добровольно все эти функции по подписанию контрактов, договоров и так далее передал Георгиосу Макропулосу и попросил Совет меня в этом поддержать. С этого времени ничего не изменилось, я всё это время ездил по разным странам. И, несмотря на всё это, мы в Нью-Йорке организовали этот матч. И не только в Нью-Йорке, но и в других странах. Так что я здесь никак не подставляю ФИДЕ – везде езжу, провожу встречи.

Что касается финансовых документов, то я их не подписываю. Хотя по другим бизнес-проектам я же работаю, я их не оставил, и мне никаких неудобств это не доставляет. Там, где нужны мои подписи, я передал полномочия моим финансовым и коммерческим директорам. А так – везде езжу, в Лондоне в посольстве США ответил более чем на 200 вопросов. Более того, я предоставил все свои паспорта за 16 лет и написал письма руководству Минфина, ФБР, ЦРУ о том, что если есть какие-то вопросы, то я готов сам купить билет, приехать в Вашингтон и ответить. Я даже согласился пройти тест на полиграфе – детекторе лжи. Если что-то и было, кроме тех газетных публикаций, которые они мне вменили - что я встречался с руководством Сирии, с Башаром Асадом, и так далее, - то я сказал, что отвечу на все вопросы: когда встречался, с кем, зачем. Если у вас есть какие-то секретные данные против меня, а я буду находиться на территории США, то арестуйте меня, посадите в тюрьму, на электрический стул. Я готов! Потому что я чувствую, что ничего предосудительного против американского народа, против американских законов я не делал. Поэтому моя позиция открыта. Некоторые мне даже советовали в 2015, 2016 году: мол, не летай, тебя там арестуют, ещё что-то. Я отвечал: ну, арестуют – значит, они должны мне что-то предъявить, предоставить. Но я летаю, выступаю, бываю в их посольствах, встречаюсь с их послами, с руководителями в любой стране, кроме Соединённых Штатов Америки.

Недавно я снова написал письмо в Госдеп Тиллерсону с просьбой разобраться. Попросил снова визу. Даже написал президенту Дональду Трампу, чтобы он разобрался в этой ситуации, если он действительно гарант Конституции и Билля о правах человека. Мне самому интересно, что они могут мне предъявить.

Поэтому здесь я не мешаю деятельности ФИДЕ. Как контракты идут, так они и идут. Как турниры проходят, так и проходят. Просто кое-кто решил использовать факт того, что я нахожусь в санкционном списке одной страны. Но смотрите, в ФИДЕ 188 стран, и надо, чтобы санкции не стали орудием политических игр. Завтра, например, Монголия, Тринидад-и-Тобаго, Коста-Рика, Куба – я не знаю, кто ещё – внесёт в свой санкционный список одного из руководителей ФИДЕ, предположим, вице-президента. И что теперь, значит, этого вице-президента исключать из шахматной жизни? Нет, пусть он работает. Только суд имеет право обвинить. Если суд докажет его вину и посадит в тюрьму, то тогда он не имеет права работать. Но есть презумпция невиновности. Это с одной стороны. С другой стороны, я открыт для диалога. Везде, где есть возможность, стараюсь встретиться и ответить на все вопросы.

Так что я не мешаю деятельности ФИДЕ. Но почему-то один-два человека посчитали, что я мешаю, и развернули всю эту бучу. Вы же видите, я тут спокойно выступаю, езжу, везде меня нормально встречают – в том же Израиле, в той же Финляндии, в той же Великобритании, Уэльсе, Южной Корее. Но почему-то какой-то один человек считает, что это ненормально. Хотя в прошлом году, когда я тоже находился под санкциями, он пригласил меня, Анатолия Карпова, Ирину Роднину в Грецию, где мы провели День шахмат. Я оплачивал все эти мероприятия и даже поучаствовал в сеансе одновременной игры к Карповым, встречался с членами Парламента и организовал ужин для них и для руководителей греческой шахматной федерации. И всё было нормально. Я уже год как был под санкциями, и ничего не мешало, чтобы я оплачивал ужин, приглашал депутатов, проводил сеансы – всё было нормально.

Е.СУРОВ: Кирсан Николаевич, вы сейчас прямо как Владимир Владимирович Путин – тот никогда не называет фамилию Навального. И вы сейчас тоже не называете фамилию… того, о котором вы столько раз уже говорили "тот человек". Давайте всё-таки поясним для слушателей, что имеется в виду Георгиос Макропулос.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да, это Георгиос Макропулос, который уже более тридцати лет руководит греческой шахматной федерацией, и по его приглашению я туда приезжал и даже спонсора нашёл для этого мероприятия, и для детских шахмат, и для всего, и всё было нормально. По его просьбе – он мне раз десять звонил, чтобы приехал депутат Госдумы – я звонил Анатолию Евгеньевичу Карпову и Ирине Константиновне Родниной – она возглавляет Комиссию по спорту, возрождала детские турниры "Белая ладья", "Золотую шайбу", когда ещё была в прошлом созыве Государственной Думы. И мы тогда приехали в Грецию и выступили, и всё тогда для Макропулоса было нормально, ему не было страшно, что вот, мол, человек под санкциями приехал, организовал ужин для представителей правящей партии. Не было никаких проблем.

Е.СУРОВ: У меня к вам важный вопрос. Я не понимаю пока, почему Андрей Филатов, который столько времени вас поддерживал, сейчас фактически перешёл на другую сторону?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Я не могу отвечать за него, это зависит от человека, это его мысли. Может быть, он пришёл к какому-то своему умозаключению, что Макропулос в чём-то лучше, чем я. Я тут прочитал интервью Андрея Филатова в "Спорт-Экспрессе", которое было дня три назад. Там журналист спросил про выборы в ФИДЕ, и он сказал, что будут "четыре или пять кандидатов" на пост президента. Что нереально. Не знаю, владеет или не владеет он ситуацией, но кандидат в президенты ФИДЕ идёт не один, а должен объявить свой ticket - билет, в котором должны быть шесть человек. И если кандидатов будет пять, и у каждого в ticket'е по шесть человек от каждой страны, - то это уже тридцать стран. Такого никогда…

Е.СУРОВ: Математически тяжело.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да, вы правильно сказали, это даже математически трудно – собрать тридцать стран! Один человек, один самовыдвиженец ещё может быть. У нас же по условиям не менее пяти стран должны выдвинуть кандидата в президенты. То есть здесь есть небольшая неувязочка.

Ну и, во-вторых, я гражданство не менял, я как был гражданином России, так им и остаюсь. И среди "пяти кандидатов" не выделить меня? Я всё-таки много что сделал. Не хочу что-то говорить, но благодаря мне всё-таки произошли какие-то достижения. Взять тот же Город Шахмат в Калмыкии, объединительный матч 2006 года… Ну это ладно. Но не упомянуть фамилию Илюмжинова и сказать, что самый достойный – Макропулос... Я не хочу это комментировать, но если он пришёл к такому умозаключению, то ему, как говорится, и карты в руки. Не хочу ни осуждать, ни порицать – ну, такая у него точка зрения. Она имеет право на жизнь. Может быть, я его чем-то обидел, не знаю. Хотя в жизни стараюсь ни о ком плохого слова не сказать.

Вы же знаете – сколько интервью у нас с вами было – и в Казани, например, и когда Карпов баллотировался, и когда Каспаров, я всегда старался не переходить на личности, на оскорбления.

Е.СУРОВ: Тогда вопрос по тому самому ticket'у. Скажите, а вы с кем сейчас? Вы можете назвать кого-то, с кем вы идёте на выборы?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Наверное, смогу, потому что у меня сейчас идут очень активные переговоры. Я просто много езжу и встречаюсь со многими руководителями. Вот недавно был в Словении, встречался с руководством шахматной федерации, и президент федерации сказал, что готов поработать со мной. В Тунисе был, получил предложение от тунисской шахматной федерации включить их в мой ticket. В Южно-Африканской республике был, в Южной Корее, в Андорре. Есть предложения, есть хорошие кандидатуры. Кстати, из Соединённых Штатов Америки есть предложение, и я буду обсуждать кандидата. Он сам – работник одной из государственных структур, ушёл на пенсию, а сейчас снова работает. Он шахматист, много там помогал. Могу даже назвать его, я где-то в интервью о нём говорил – это Гленн Смит. Он как раз сегодня прилетел с американскими бизнесменами в Москву, и где-то через час-полтора я буду с ним встречаться. И если он не передумал, то я его включу в свой ticket, потому что я готов работать с Соединёнными Штатами Америками. К тому же он – один из инвесторов, человек небедный. Я у него как-то спросил: "Гленн, а как же быть – ведь я под вашими американскими санкциями от министерства финансов?" А он: "Кирсан, слушай, ну мы же работаем вместе, создали фонд, я приехал сюда с американскими бизнесменами, они же не стесняются с тобой встречаться, работать". Мы встречались в Лондоне, в Цюрихе с некоторыми инвесторами – бизнесменами из США. Обсуждали некоторые проекты по странам, в том числе в России они рассматривают вопрос по инвестициям. Не в те отрасли, что запрещены – в нефтегазовую промышленность, в оборону, - а, например, в сельское хозяйство, в питание, в фармацевтику.

Поэтому когда мы с ним несколько дней назад разговаривали по телефону – он был в Вашингтоне, - он сказал, что посоветовался с друзьями, с товарищами, и готов официально объявить, что он, гражданин США, – в ticket'е Кирсана Илюмжинова. Так что он готов сотрудничать.

Ну и другие кандидаты. Например, Вилли Иклики. Это человек, который шесть лет, с 1990 по 1996, был главным казначеем ФИДЕ. Работал с Флоренсио Кампоманесом, сам он живёт в Израиле, в Тель-Авиве, долгое время жил в Бельгии. Бизнес у него был связан с алмазами. Кстати, он – автор и издатель первой шахматной энциклопедии "Золотая книга ФИДЕ". Он был в руководстве Ассоциации малых стран Европы. По крайней мере, он меня попросил семь или восемь лет назад, и я выделил первые 50 тысяч долларов – тоже не из ФИДЕ, а из благотворительного фонда. Он сказал: "Кирсан, есть десять малых стран Европы, и надо бы проводить между ними какие-то турниры". И вот создали Ассоциацию малых стран Европы. И по его предложению мы начали каждый год проводить турниры. Вот он готов войти в ticket как гражданин Израиля, Бельгии.

Также у нас по правилам должна быть одна женщина в ticket'e. Сейчас есть несколько кандидатур – одна лучше другой или одна краше другой. Это тоже известные женщины. Одна – очень известная шахматистка, тоже готова работать.

Е.СУРОВ: Вы будете выбирать всё-таки, кто лучше или кто краше? Это принципиально.

К.ИЛЮМЖИНОВ: И лучше, и краше! Они все очень симпатичные и все много делают для развития и популяризации шахмат. И свои предложения вносят. Одна из них мне уже передала свою программу, что и как можно сделать.

Один из чемпионов мира тоже… Ну, он пока как бы ещё думает…

Е.СУРОВ: Один из чемпионов мира… Интересно!

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да, он говорит, что если времени хватит, потому что у него сейчас в основном шахматная деятельность. Но он тоже рассматривает приглашение, чтобы в ticket'e был такой известный чемпион, и он тоже может представлять шахматистов.

Но команда у меня будет новая. Все члены ticket'a будут новые. А, нет, не все новые! Один будет из старых. Он тоже предлагает своё видение, свою программу. Так что из старого ticket'a будет один член команды.

Е.СУРОВ: Скажем так, вы полностью исключаете возвращение в команду кого-то из тех, кто был с вами раньше, но потом перешёл на другой берег?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Для меня нет того или другого берега. Я понимаю, о чём вы спрашиваете. Как бы есть корабль, и я на нём плыву. Вы знаете, что я никогда не интригую, всегда открыт: что есть, то есть. Если хотите – голосуйте, если хотите – нет. И я говорил в открытую, что если вы хотите работать, то пожалуйста! Я готов. Но дайте свою программу, дайте своё видение, - вместо того, чтобы как-то укусить меня, не пустить на какой-то турнир, на церемонию открытия Кубка мира, моего как бы детища. Вы же помните, как я его "рожал": Гронинген, Лозанна… В Сингапуре нам с Александром Борисовичем Рошалём эта мысль пришла, и я ввёл чемпионат по нокаут-системе, который потом превратился в Кубок мира.

То есть я сказал: если есть какие-то планы, то вместо того, чтобы кусать меня по мелочам… Они думают: вот, не пустили Кирсана на турнир и ущемили его эго. А у меня никакого эго нет, я просто работаю… даже не работаю, а служу для шахмат. Это моё хобби, моя жизнь. Поэтому психологически я стараюсь нормально на всё это реагировать. А для них это какие-то интрижки, какие-то деньги. Я же за 22 года ни разу не был членом какого-нибудь Апелляционного комитета, вы заметили? А там же платят деньги! Я никогда не получал организационных денег. Даже в Баку на Всемирной шахматной Олимпиаде я как президент ФИДЕ должен был получить командировочные – пять тысяч долларов, по-моему. Я их не получил. 

Е.СУРОВ: А у кого же они остались, простите?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Не знаю. Это придёт аудит, мы спросим, где, чего. Может быть, они пошли на развитие детских шахмат или на программу "Шахматы в школе", куда-то туда. Я не помню. По крайней мере, я лично их не получал. И вообще никогда стараюсь такие деньги не получать. Если они идут на развитие шахмат, то это очень здорово. Я на это, конечно, надеюсь.
Поэтому ваш вопрос про левый и правый берег…

Е.СУРОВ: Я просто так выразился. Можно применить какой угодно образ – суть вопроса от этого не изменится.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да-да, я понял. Если они готовы – пусть работают. Пусть не интригуют, а выдвигают предложения. Вы правильно заметили несколько минут назад – они вбили себе как мантру: "Кирсан находится под санкциями министерства финансов Соединённых Штатов Америки – и поэтому он не может быть президентом ФИДЕ" – и постоянно её повторяют. Почему не может? Я не понимаю. До сих пор не могу с этим согласиться, и они никак не могут убедить меня и многие другие страны, в которые я приезжаю, что я мешаю. Постоянно они куда-то приезжают. Сейчас приехали в Андорру на заседание Ассоциации малых стран Европы и вместо того, чтобы говорить о шахматах, целый час критиковали меня из-за того, что я не ухожу добровольно, что я, находясь под санкциями, мешаю. А на вопрос одного из руководителей шахматной федерации – а чем Илюмжинов мешает? - так и не смогли толком ответить.

Если они меня убедят, если я пойму, что действительно как-то мешаю, то я, конечно, уйду, о чём говорить? А так вот просто – мы это место кому-нибудь предложим, продадим, не продадим, не знаю… Я спросил у того же Макропулоса: ну хорошо, вы хотите, чтобы я ушёл. А какая у вас программа? Какая команда? На что получил ответ: вы сначала уйдите, а потом мы подумаем. Я в этом логики не вижу. Может быть, вы видите?

Е.СУРОВ: Нет, я-то как раз у вас интересуюсь.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Я в этом логики не вижу. По крайней мере, на сегодняшний день. Оно не мешает мне жить, не мешает мне трудиться и работать. Единственное, в чём мешает – я хочу поехать в США, мы там хотим раскручивать одну программу, но пока поехать не могу. Думаю, Тиллерсон всё-таки даст мне визу в ближайшее время, и я поеду туда.

Е.СУРОВ: О логике и о Макропулосе, раз уж мы о нём заговорили. Что за история с документом, который показывал в твиттере Сильвио Данаилов, о том, что в 2014 году вы якобы подписали распоряжение о выделении денежных средств на лечение Макропулоса. Сто тысяч евро там было или долларов – что-то вроде этого.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Там непонятно. Насколько я понял, там 118 604 евро потрачено на лечение Макропулоса. Так вот этих бумаг – на сто восемнадцать тысяч евро – я никогда не подписывал и не помню, чтобы этот вопрос поднимался. Ведь что такое деньги ФИДЕ? Туда же кроме моих спонсорских идут деньги с членских взносов, соревнований, и так далее. Поэтому этот вопрос должен был рассматриваться не только на президентском Совете, но и на Генеральной Ассамблее ФИДЕ. Там делегаты утверждают бюджет на год или на два года, а потом расходуют его. Так вот, ни на президентском Совете, ни на исполкоме ФИДЕ, ни на Генеральной Ассамблее этот вопрос ни разу не обсуждался.

Е.СУРОВ: То есть вы не подписывали?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Нет, я не подписывал.

Е.СУРОВ: Но там стоит ваша подпись, тем не менее.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Это второй вопрос. Макропулос мне дал в Анталии – вот, мол, Кирсан, смотри, пятьсот тысяч долларов спонсорских денег (хоть бы спасибо сказали – пятьсот тысяч долларов я перечислил в ФИДЕ), и вот уже из них сто тысяч ты направил в какой-то госпиталь – я даже госпиталя такого не знаю. Якобы я подписал это. Но этот вопрос ещё надо выяснять. Там стоит не моя подпись, а факсимиле – я сразу на это обратил внимание. И посмотрел на дату, когда было поставлено это факсимиле, - я в этот день находился в московском офисе, работал. Есть даже несколько писем, которые я в тот день подписывал и отправлял президентам шахматных федераций. Там стоит моя настоящая подпись, "С уважением", и так далее. А здесь почему-то стоит факсимиле, и ни входящего, ни исходящего номера. Почему-то в московском офисе нет копии этого письма. Что мне дал на подпись Макропулос? Это вопрос. Ну, придёт время – спросим.

Но самое главное другое. Ну ладно, там стояло сто тысяч. Но я ведь перечислял ещё и другие деньги. Когда он заболел, я давал напрямую деньги. Об этом нескромно говорить, но он сильно болел, у него было несколько операций…

Е.СУРОВ: Это в тот же период? Время совпадает?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Нет, это в 2015 или 2016 году, когда он болел, надо посмотреть. Но именно из ФИДЕ я не давал команды, чтобы эти сто восемнадцать тысяч евро уходили на лечение. Этот вопрос должен был обсуждаться! А так – вы, скажем, тоже член ФИДЕ, или какой-то другой шахматист, Халифман болел, любой член Президентского совета может сказать: мне тоже нужно, дайте сто тысяч или пятьдесят тысяч евро на лечение. Так ведь? Ведь если деньги попали в бюджет ФИДЕ, то ими не Илюмжинов распоряжается, а рассматривают делегаты Генеральной Ассамблеи. А вдруг бы кто-то сказал: "А почему Макропулосу мы должны давать на лечение сто восемнадцать тысяч евро, когда другой шахматист более сильно болеет?" Или: "А я тоже болею, мне нужно пройти обследование, дайте мне тридцать тысяч". Логично же? Почему без обсуждения, без всего эти деньги перечислялись куда-то? Тоже вопрос.

Е.СУРОВ: Вот вы говорите: пусть разберутся. А кто же будет разбираться-то с этим? Боюсь, что никто не будет.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Ну, есть Комиссия по этике, наверное федерации обращаются. Я знаю, что Найджел Шорт обратился, письмо написал. Они сейчас стараются, как бы помягче сказать… Мол, я президент ФИДЕ, и распоряжаюсь финансами. Если они ответят, то будет всё ясно. Шорт уже давно написал открытое письмо – по-моему, на Chess-News оно было. Некоторые шахматисты и даже целые федерации отправляли письма. Но пока ответа не последовало. Если они ответят, что тогда-то он голосовал, тогда-то это обсуждалось, тогда-то было принято решение, - то всё хорошо. А если это не обсуждалось, то я даже не знаю, мягко говоря, что это было.

Скажу ещё раз. Я не судья. Я не имею права выносить какие-то вердикты, решения – что там и как. Как говорится, пусть разбираются компетентные органы и на все вопросы ответят.

Е.СУРОВ: Хорошо. Кирсан Николаевич, а что за информация прошла не далее как сегодня о том, что вы можете пойти не на выборы ФИДЕ, а на выборы РШФ?

К.ИЛЮМЖИНОВ: А я не знаю. У меня кто-то из журналистов спросил, и я сказал, что пока не думал об этом. Я знаю, что на 3 февраля назначили выборы, но я пока ещё не думал, пока меня никто ещё не выдвигал. Там же должна региональная шахматная федерация выдвинуть кандидата. Хотя мне сегодня звонили губернаторы, спрашивали: Кирсан, ты пойдёшь – не пойдёшь? Я говорю: подождите, я сейчас пока езжу по странам, у меня программа мировых шахмат.

Е.СУРОВ: Да, Палестинский вопрос решается.

К.ИЛЮМЖИНОВ: В прошлом году я посетил, кажется, двенадцать регионов. Подписал соглашения о развитии детских шахмат с губернатором Белгородской области Савченко, с губернатором Калужской области Артамоновым, с губернатором Липецкой области Королёвым, с президентом Якутии Борисовым, с губернатором Кемеровской области Тулеевым, и так далее. Я много регионов посещаю, помогаю им. Недавно вот открывал шахматный класс и в детском саду открыли шахматные уроки.

Е.СУРОВ: Кирсан Николаевич, а скажите мне совсем по секрету: вы будете задействовать российский ресурс в предвыборный период?

К.ИЛЮМЖИНОВ: А что вы имеете в виду? Какой российский ресурс?

Е.СУРОВ: Ну вот посольства, скажем… Я имею в виду политический ресурс.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Ну, я же с 1991 года являлся членом Верховного Совета СССР, был зампредседателя Комитета по международным делам и внешнеэкономическим связям и в Верховном Совете РСФСР, и в Верховном Совете СССР, был президентом Калмыкии. Кстати, я же закончил МГИМО, у меня половина однокурсников, включая тех, с кем мы в одной общаге жили, сейчас послы, генеральные консулы. Я в любую страну приезжаю – и с кем-то мы вместе или в теннис играли, или в одной комнате жили, или на одном курсе учились. Конечно, меня встречают. Где я был недавно? В Тунисе, в Ливии. Так посол в Ливии Иван Молотков – мой однокурсник, в одной группе учились. Так что я в любую страну приезжаю – и везде мои друзья.

Е.СУРОВ: То есть так или иначе, но вы используете свои связи?

К.ИЛЮМЖИНОВ: Ну конечно. Я же всю жизнь не на лавочке просидел. Я активно работал, сотрудничал со всеми государственными структурами, и не только в России, но и с нашими соседями. Можно даже более широко взять: мне помогают и в тех государствах, где мои друзья и однокурсники уже премьер-министры, главы государств. Вот я, например, приехал в одну из восточноевропейских стран, с премьер-министром сидим, и он говорит: "Слушай, Кирсан, тут недавно приезжал посол одной из стран, депутат Европарламента, так он просил меня голосовать за твоего оппонента. Так я ему ответил: слушайте, вы когда ещё только начали в шахматы играть, мы с Кирсаном уже в общаге на Новочерёмушкинской в настольный теннис рубились. Что вы мне тут приехали рассказывать?.." Тот удивился. Они же приехали, начали на меня гнать: вот, там, Кирсан – кремлёвский, такой-сякой… А им в ответ – про настольный теннис.

Или посол Соединённых Штатов Америки пришёл к министру спорта одной из арабских стран и начал: поддержите, мол, лучше вот этого кандидата на пост президента ФИДЕ. Тот удивился: "А что, Кирсан уже ушёл? А что же он не написал?" Нет, говорят, не ушёл, но мы хотим, чтобы он не избрался. А министр и говорит: "Слушайте, я у него дома был, с мамой-папой за одним столом кушали. Как я могу против него выступать?" То есть я его не просил, он мне просто случайно позвонил и спрашивает: "А что же ты не сказал, что у тебя выборы?" - "Да так, - говорю, - как-то, руки не дошли". Он мне: "Вот у тебя руки не дошли, а ко мне посол уже приходил, просил за твоего оппонента". Так что вот такие случаи бывают.

Е.СУРОВ: Кирсан Николаевич, наверное, последний у меня к вам вопрос, но серьёзный. Вы неоднократно в беседах со мной подчёркивали, что никогда в каких-либо конфликтах публично не переходите на личности, не начинаете персонально с кем-то бороться, оскорблять. Это действительно так. По крайней мере, в наших с вами интервью такого не было никогда. Ну и, конечно, вы известны своей дипломатичностью, своим гроссмейстерским владением техникой дипломатии. Но! Я видел вас несколько раз в эфирах российских федеральных телеканалов, где вы всё-таки совсем по-другому себя ведёте. Даже если вы, может быть, впрямую о ком-то не говорите плохо – допустим, о том же Каспарове, то вы точно подыгрываете ведущим-пропагандистам, которые ведут программу уж явно не в вашем стиле и против вашей репутации, я бы так сказал. Вот зачем вы это делаете? Почему бы вам хотя бы в эфире федеральных каналов не подыгрывать? Если вы понимаете, что я имею в виду.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Ой, да, один раз я вот так… Ну не знаю, где я там подыгрывал, где не подыгрывал, - я всегда естественен. Вопрос в том, что на ТВ не бывает прямых эфиров. Вот с вами я сейчас разговариваю, и это прямой эфир, и вам спасибо за это. А вообще мало где идут прямые эфиры, и не только в России. Я вот сейчас из Кабула вернулся, там тоже так. Те передачи, в которых я участвовал – ток- шоу, допустим, - они же днём записываются, а потом показываются. Например, на прошлой неделе я участвовал в записи передачи на Первом канале, где меня посадили на детектор лжи. Кстати, потом посмотрите, как я сидел под этими всеми датчиками. И там если что-то говоришь…  Я вот помню, была передача, посвящённая то ли Михаилу Сергеевичу Горбачёву, то ли юбилею перестройки.

Е.СУРОВ: Да-да, юбилею перестройки.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Да-да, и там я единственный был на стороне Михаила Сергеевича. Все почему-то кричали и орали на него, что он такой и сякой. Вы помните, что я ведь нормально там говорил.

Е.СУРОВ: Конечно!

К.ИЛЮМЖИНОВ: А потом я посмотрел – там так много вырезали и смонтировали! Допустим, в передаче ты выступаешь пять-десять минут, а в эфире выскакиваешь на полторы-две минуты. Один раз на каком-то телеканале, когда меня в следующий раз пригласили, я сказал: что-то я не понял – я столько говорил, а в итоге получилось так мало…

Я всегда говорю то, что я думаю, а уж что в эфире показывают, то и показывают. Но я ни разу не отказывался от своих слов. А, вот с Познером был случай!

К.ИЛЮМЖИНОВ: Владимир Владимирович Познер как-то пригласил меня поучаствовать у него в передаче на Первом канале. Меня предупредили: мол, Кирсан Николаевич, это прямой эфир, выходим на Дальний Восток. Я говорю: ну хорошо, - мне что прямой эфир, что непрямой – разницы нет. Потом: "Мотор!" – и Владимир Владимирович говорит: "Добрый вечер, уважаемые телезрители! Сегодня у нас в гостях президент Киргизии Кирсан Илюмжинов, который приехал к нам…" Я дослушал вопрос, а потом говорю: "Владимир Владимирович, извините, пожалуйста, но я ещё не президент Киргизии, а президент Калмыкии". И он сразу: "Стоп-стоп-стоп! Снимаем по новой!" И тут я в шоке был! Говорю: "Как?! Вы же несколько минут назад мне сказали, что это прямой эфир!" Я ответил на ваш вопрос?

Е.СУРОВ: Да, вы ответили. Обманули вас...

К.ИЛЮМЖИНОВ: Ну не обманули, но так вот получилось. Я ничего против Познера не имею, но просто сказали бы, что передача в записи будет идти – ну, значит, в записи, мне всё равно. А зачем мне сказали, что прямой эфир?..

Е.СУРОВ: Спасибо, Кирсан Николаевич! Мы, наверное, уже в этом году, если только не случится чего-то экстренного, не будем разговаривать – ведь скоро Новый год. Может быть, вы напоследок что-нибудь пожелаете на Новый год всем любителям шахмат, нашим слушателям, читателям? Только что-нибудь нетривиальное.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Вообще я хочу поздравить всех с уже наступившим Новым годом. 12 декабря, несколько дней назад, по калмыцкому – лунному – календарю у нас уже наступил Новый год – Зул. Это год Собаки. А собака – это домашнее животное, очень хорошее. Поэтому следующий год будет очень хороший. И хочется пожелать всем домашнего уюта, счастья, теплоты. Чтобы год Собаки всегда вас согревал лучами добра и благополучия. И как говорят у нас в Калмыкии: "Белой дороги!" Чтобы у вас дорога была белая, без червоточин, и чтобы только хорошие люди встречались на вашем пути.

Е.СУРОВ: Большое спасибо! Это был Кирсан Николаевич Илюмжинов. И вас тоже с прошедшим праздником в таком случае.

К.ИЛЮМЖИНОВ: Спасибо!

Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Браслет з резинок схемы Читать новость Браслет з резинок схемы фото. Поделитесь новостью Браслет з резинок схемы с друзьями!

Статьи по теме:



Волка своими руками шаблоны

Как сделать телевизор работающий и без мода

Модели на перманентный макияж в спб

Поделка для мамы из ленточек своими руками

Платье из сетки с пайетками своими руками